Вторник, 19.06.2018, 13:30
  Сергей Решетников
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Категории раздела
РассказСценарийПьеса
Главная » Статьи » Сергей Решетников » Пьеса

Антиутопия «СВОБОДА» (начало)

Монархия, или республика, или диктатура. скорее всего респулибка.

Дом, или камера, или палата, скорее всего камера. Нет, точно палата.

день, или ночь, или утро, скорее всего вечер.

 

Цифра окончательно победила слово. И всем стало легче, потому что был порядок. И порядок звался системой.    

 

сцена 1. клиника.

 

Соты. Восьмиугольные палаты. Профессор Ро с двумя помощниками проводят обход. Они в халатах стоят перед больным. Один из помощников Вигел набивает в карманный компьютер то, что говорит профессор Ро.

 

Профессор Ро

Сейчас состояние больного стабилизируется, но боюсь, для адаптации ему потребуется не один год. Он ведь не знает, что произошло.

 

вигел

Профессор, остается открытым вопрос, кто будет платить за его лечение. Его родители больны.

 

профессор Ро

Это наши расходы. Хотя попробуйте сделать запрос в попечительский совет Президентского Человеколюбивого общества.

 

вигел

Чтобы выбить оттуда деньги потребуется еще девять лет.

 

профессор ро

Вигел, вы же всё понимаете. К чему тогда вопросы?

 

Другой помощник Нил всё это время стоит молча перед кроватью. Хладнокровный, с каменным лицом. 

 

профессор ро (НИЛУ)

Вам есть что сказать, доктор?

 

нил

В сознании больного Мохи многое нужно менять. Сейчас он неполноценный член общества.

 

профессор Ро

Вы же не хотите подвергнуть его эутаназии?

 

нил

Решение принимаю не я.

 

профессор ро (КРИЧИТ)

А кто?

 

нил (спокойно)

Повторяю еще раз, профессор. Решение об эутаназии и дальнейшей кремации принимаю не я.

 

профессор ро

Простите меня. Сделайте что-нибудь.

 

нил   

Он ваш родственник?

 

профессор ро

Нет. Просто 9 лет я каждое утро захожу к нему в палату, потому что я врач…

 

нил

Скоро мы заберем его отсюда.

 

профессор ро

Я девять лет боролся за его жизнь…

 

нил

Государство заплатит вам за него.

 

профессор

Я не об этом.

 

 

сцена 2. улица. год спустя.

 

Эпоха рифмуется с матом. Примерно так думал Моха, когда читал свои ладони. Вернее читал – это не то слово. Читать ладони он не умел, но очень хотел этого, поэтому старался.

 

Моха снимает с себя больничную пижаму и надевает джинсы и футболку, найденные в мусорном баке. Там же он находит старый, но рабочий диктофон. 

 

Моха грызет грязные ногти, сплевывая их на асфальт, потом достает из кармана диктофон и включает его на запись.

 

моха

Мама, я ведь знаю, ты всё чувствуешь. Ты всё чувствуешь на расстоянии. Ты понимаешь, знаешь, когда мне плохо. Ты искренне радуешься моим победам. До глубины души, может быть даже больше, чем я, переживаешь за мои поражения…

(отключает диктофон, закуривает сигарету, включает снова)

Я не всё тебе говорю, мама. Стараюсь говорить только хорошее. Но ты всё равно всё понимаешь. Иногда ночью я смотрю в окошко на полную луну и знаю, что у тебя сейчас бессонница, потому что ты чувствуешь луну, как свое сердце. Мы с тобой оба лунные люди… Я тоже, как и ты не люблю солнца.

  

Моху вырывает прямо на асфальт, рвет его долго. После первого потока рвоты, он выключает диктофон. Рвота заканчивается. Моха вытирает слезы, снова включает диктофон.

 

моха

Гм. Луна… Ты реагируешь на нее. В полнолуние тебе нездоровится. Я об знаю. Поэтому смотрю с ненавистью на эту круглую дуру, которая приносит тебе боль. Любая ура приносит только боль… Когда-нибудь, мама, я приеду к тебе. Непременно. Как только будет свободное время, как только распурхаюсь с делами. Только странно, мама, что дел с каждым годом становится всё больше, а времени всё меньше. И время стало бежать неумолимо быстро. Еще вчера мне было 25, а сегодня уже 32. 32. Через год я достигну возраста Христа, мама. Через год. Сума сойти. Еще десять лет назад мне тридцатилетние мужики казались стариками, а сегодня мне 32. Я старше кажущихся стариков на два года. Но ты, мама, кажешься мне всегда молодой. Ты такая же, как 25 лет назад, когда я встречал тебе с работы. Твой график был: две смены с утра, две с обеда, два в ночь. Когда ты работала с обеда, я встречал тебя в половине первого ночи. Радовался, мне нисколько не хотелось спать. Мне трудно представить, насколько это сложно работать посменно. Но я знаю, что это очень трудно. А у тебя хватало сил придти после ночной смены и сварить мне и старшему брату молочный суп с лапшой. Я ужасно любил молочный суп с лапшой. И сейчас люблю. Только сейчас молочные супы не такие вкусные, как делала раньше ты, мама. У тебя был самый потрясающий молочный суп, у тебя до сих пор самый вкусный красный борщ. Ты самая лучшая мама на свете.

 

Моха выключает диктофон, переводит дух, снова включает.

 

моха

Я особо чувствую любовь к тебе, мама, когда ты далеко. Я понимаю, что был не особо внимателен к тебе, мало с тобой говорил, когда приезжал прошлый раз. Ты даже спросила: «Мы тебя плохо приняли?» Да ты, что, мама! Вы меня превосходно приняли. Вы с папой самые лучшие родители! Я так ценю вас за то, что вы для меня сделали. Я убежал из больницы, мама!  

 

сцена 3. подвал дома – день.

 

В окно виден свет.  Сердце лениво стучит. Время мчится на разных скоростях. То быстро, то медленно. Одинокое солнце двигает пучок света по бетонному полу подвала. МОХА сидит на трубе. МИНА рядом – он помельче, худее.

 

мина

Мне кажется, тебе нужно вернуться в больницу. Ты же болеешь.

 

моха

Я совершенно здоров.

 

мина

В этом городе невозможно спрятаться…

 

моха

А кто у нас нынче президент?

 

мина

Не знаю.

 

моха

Ты не смотришь телевизор?

 

мина

Смотрю.

 

Моха глубоко вздыхает, ложится на трубу. Одинокое солнце двигает пучок света по бетонному полу подвала.

 

МОРДА-ЛИЦА с усами загораживает свет. Морда-лица с усами в милицейской фуражке – улыбается желтыми зубами.

 

МОРДА-лица в фуражке

Ну что бля! За этот воздух нужно платить!

 

Шум в подвале. Шелест ботинок по бетонному полу. Мина и Моха убегают.

 

МОРДА-лица в фуражке

(кричит)

Перекрой выход!

 

Суета.

 

Паутина. Ползет паучок. Мухи жужжат над паутиной. Паучок спокоен.

 

сцена 4. кабинет.

 

Лысый майор № 498/1 поворачивается в кресле. Нажимает кнопку вызова. Влетает другой капитан, худой, высокий №8572/5.

 

498/1

Что скажешь?

 

8572/5

Ищем, товарищ майор.

 

498/1

8572/5!

 

8572/5

Это я, товарищ майор.

 

498/1

Я давно тебя хотел спросить, что ты делаешь на досуге, капитан?

 

8572/5

Сплю, товарищ майор, чтоб дольше жить.

 

498/1

А зачем дольше жить?

 

8572/5

Ну, не знаю.

 

498/1

Ты только ни кому не говори, о чем я тебя спрашиваю. Хорошо?

 

8572/5

Вы профилактику давно не проходили, товарищ майор.

 

498/1

Понимаешь, капитан, мне не помогает профилактика. У меня такое ощущение, что наша инженерия человеческих душ ни куда не годится. Обман.

 

8572/5

(оглядывается, смотрит на потолки)

Жучков не боитесь?

 

498/1

Я их умею отключать. Я же разведчик. Поймай мне этого Моху, капитан, я хочу его видеть. Я хочу видеть последнего свободного человека этой страны.

 

8572/5

Поймаем, майор. Разрешите идти.

 

498/1

Ступай.

 

Сергей Решетников

Категория: Пьеса | Добавил: reshet (18.09.2008) | Автор: Сергей Решетников
Просмотров: 1598
"Сергей Решетников - совершеннейший варвар в драматургии..."
Леонид Соколов
Форма входа
Sergei Reshetnikov © 2018